Мода и развлечения

Как снимаются любовные сцены в кино?

 
 


Когда мы даем какой-нибудь кинокартине оценку «отличный фильм», как правило, не имеем в виду отдельно работу оператора, режиссера или актеров. Зрители видят результат слаженной командной работы и даже не подозревают, как это все выглядело в процессе съемок. Как снимаются любовные сцены в кино и в чем заключается конфликт актеров и режиссера, рассказывает режиссер-постановщик кино и телевидения Константин Сибитёв.

Насколько важна актерская импровизация в любовных сценах?  

Часто вообще спрашивают меня по поводу того, что все-таки любовные сцены – это режиссерское решение либо это актеры импровизируют на съемочной площадке? На самом деле 90 % – это все-таки режиссерское решение, то есть направление, которое задается на съемочной площадке, – это режиссерское направление. Иногда (даже не иногда) хорошие актеры добавляют в эту сцену... То есть тот же самый «Чтец», про который я говорил,– конечно, 100 % режиссерское решение. Если актер в этот момент добавляет что-то, если он говорит: а давайте мы сейчас здесь вот так сделаем, и если это дает плюс процессу, конечно же, это всегда приветствуется и всегда это остается в кадре.

Но на самом деле все-таки режиссер – это творческий мозг фильма да и любого, наверное, мероприятия, независимо, фильм это, или спектакль, или еще что-то. И он должен дать основной тренд, основное направление для актера, чтобы он уже там смог пожить и, возможно, добавить. Иногда жест руки дает нам столько секса, а об этом режиссер даже не подумал, а это появилось в актере. Да, почему бы и нет? Это нужно вставлять, это нужно использовать.

И хороший режиссер должен видеть, ловить эти нюансы на съемочной площадке, во время репетиции спектакля, до того, как это начинает сниматься, он должен поймать этот кусочек, нюанс и именно его вставить в фильм либо в спектакль.

Иногда кажется, что на экране они все такие сексуальные, иногда думаешь: вот здорово, они занимаются сексом, вот какая у них хорошая работа. они позанимались сексом в кадре, за кадром, и все здорово. Иногда, конечно же, этого не случается, но все мы люди, опять же, все мы человеки, и, конечно же, на съемочной площадке случается, что, особенно у мужчин, происходит возбуждение.

Оно более явное, чем у женщин, это возбуждение, но прятать это возбуждение нужно, особенно в тех фильмах, в которых нельзя показывать эрегированные части тела. это все прячется, актер пьет водичку, думает о чем-то другом, естественно, это иногда мешает, потому что актер начинает думать немного не о том, чтобы сыграть сцену, а о том, чтобы удовлетворит свое сексуальное желание, свою базовую потребность. И, конечно же, этого лучше избегать, вот это сексуальное возбуждение в кадре.

Что касается, допустим, сексуальных сцен, – это одно, но иногда люди дерутся в кадре – это экшн-сцены. Один раз у меня было, что актер так разыгрался, что ударил по носу другого актера, и действительно потекла сильно кровь, не искусственная, а настоящая. И в этот момент я не говорю «стоп», я думал, сейчас мы доиграем, все будет здорово.

Но, к сожалению, актер попался сознательный, остановил съемку, и очень долго извинялся перед другим актером, которому практически сломал нос. Но я считаю, что если в этом есть правда жизни, то можно доиграть до конца. Даже если это сексуальная сцена, если она настолько хороша, что актер не выходя из роли возбудился, и у них получается что-то больше, почему бы и нет? Если это дает плюс фильму, если актер и актриса не против этого – ради Бога, пускай они занимаются сексом в кадре, я не буду против, если только это дает плюс фильму, плюс каждому из этих актеров.

Кто такой режиссер на съемочной площадке?  

Режиссер – это те люди, которых любят и ненавидят на съемочной площадке одновременно актеры. Актеры любят сложные какие-то сцены, при этом приходится иногда лежать на снегу, бить друг другу морды во всяких каких-то непонятных положениях, заниматься сексом с людьми, с которыми они не хотят. Иногда даже приходится, допустим, целоваться мужчине с мужчиной, а это люди гетеросексуальные, они никогда не целовались, им неприятно целоваться, допустим, с мужчиной, или женщине с женщиной – тоже она не готова целоваться с женщиной, она любит мужчин, а ей приходится. И режиссер заставляет.

Вот у меня была небольшая короткометражка, мне пришлось заставлять, подворовываться, чтобы люди обязательно занимались, целовались как минимум в кадре с человеком своего пола. Это очень сложно. У меня был такой нюанс, что на съемочной площадке пришлось целоваться ученице со своей наставницей. Это была жесть, потому что они друг к другу относятся с пиететом, и тут вот.. И сценарий почитали, все нормально вроде, и все сняли, все отлично, и вот последняя сцена – они должны целоваться.

Представьте себе своего учителя или учительницу своего пола, и вас заставляют целоваться с этим учителем у всех на глазах, перед камерой, огромное количество людей, которые находятся за спиной. Все, естественно, улыбаются, подшучивают, мешают процессу, потому что это необычно, это не как всегда. И что приходится перебарывать внутри себя актеру? Это же маленькая трагедия.

Они ненавидели меня после этого, но когда смонтировали, сказали: «Ой, нужно было еще добавить. Мы могли бы еще сильнее», – это они уже сказали после того, как я смонтировал. А что же вы на съемочной площадке стеснялись и говорили, что не-не-не, мы больше не будем, мы стесняемся, опускали глаза, убегали в комнату, остывали и обратно возвращались на съемочную площадку?!

Это сложный процесс. Действительно, иногда случается, что приходится мириться со своими внутренними принципами и идти на такие жертвы. Именно поэтому режиссера и ненавидят. Но когда случается красивая сцена, когда они видят, что это действительно эротично, сексуально и правдоподобно, они начинают любить режиссера. Они говорят: «Боже мой, какой ты молодец! Ты так красиво снял! Спасибо тебе большое!».

Именно поэтому режиссер, он такой: с одной стороны, вот здесь у него сидит чертенок, а здесь сидит ангелочек, который ему шепчет: «Вот здесь нужно побольше», а второй говорит: «Да-да-да, это нужно побольше, и тебя потом полюбят». В общем, они спорят постоянно, но нужно всегда компромисс находить между ними двумя, и понимать, что этот прав сейчас, а вот этот буде прав потом.

Как уйти от штампов в съемке эротических сцен?  

Что касается штампов и приемов съемки эротических сцен. Я могу сказать, что, конечно, они существуют, и можно использовать стандартные приемы. Сначала мы показываем, как люди смотрят друг на друга, потом начинают целоваться, страсть нарастает, рука проходит сюда, здесь мы скидываем одну одежду, либо не скидываем одежду, – они есть, конечно, стандартные приемы, но мастерство режиссера заключается не в том, чтобы использовать эти стандартные штампы в кино. А именно в том, что он нестандартно показывает сексуальную сцену.

Конечно же, если это сериал, в котором эта сцена проходит достаточно быстро, и она дает просто эмоциональный момент, мы должны показать, что наши герои переспали, именно поэтому у них меняется мировоззрение, отношение друг к другу – конечно, тогда можно использовать какие-то штампированные вещи: специально поставить свет мягкий, красивый... опять же, это зависит от картины. Где-то нужно, наоборот, более резкий поставить свет, чтобы показать грубость в их сексе, но при этом это должно быть сексуально.

Но я сторонник того, что не нужно использовать штампы. Я думаю, что любой режиссер со мной согласится, что не нужно использовать штампы, нужно придумывать каждый раз что-то новое. Хотя штампы, конечно, существуют. Их наверное, описывать нет смысла, каждый режиссер понимает, что здесь здесь мы руку провели, здесь мы мочку уха поцеловали, здесь мы коснулись губами, здесь руки закинули, здесь героиню подняли, ноги ее закинули на себя – вот практически вся сексуальная сцена, мы ее сняли. Ее быстро можно раскидать.

Понятно, что в сексе не очень большое количество сексуальных поз, нужно придумать эту сцену таким образом, чтобы даже при минимальном количестве сексуальных поз она казалась нестандартной, чтобы она была сексуальной. Кстати, штампами тоже можно обходиться. Очень часто даже какие-то простые вещи мы смотрим, и это вызывает в нас какое-то возбуждение именно потому, что это правильно снято, операторская работа отличная, правильно смонтировано, правильно отрежиссировано.

Можно использовать, но все-таки я за что-то оригинальное. Это, знаете, как в песне. В музыке всего 7 нот: до, ре, ми, фа, соль, ля, си. Что там новое можно придумать? И то мы каждый день слышим какую-то новую песню. Так же и в сексе, так же и в режиссуре – каждый день можно придумать что-то новое. Каждый раз можно придумывать какой-то интересный ракурс, интересное место, интересный аспект, интересную одежду – много всего, что играет в сексе.